26 сентябрь 2018, Среда, 15:52

взятка декларация ДТП в Харькове Мошенничество туроператоров НАБУ Нацполиция происшествия прокуратура СБУ Укрзализныця

Елена Тищенко о Лещенко, Левочкине и Курченко

7 сентября 2016г.
0

Интересно наблюдать как всколыхнулось информационное пространство сообщениям о приобретении «борцом с коррупцией» Лещенко многомиллионной квартиры в доме, застройщиком которого выступает партнер Левочкина и Фирташа, за цену, которая ниже рыночной как минимум на 5 миллионов гривен.

Граждане, которые знакомы с Лещенко только по его разоблачительным публикациям, искренне недоумевают путанным объяснениям откуда он взял деньги. Однако тех, кто сталкивался с ним в других обстоятельствах - эта информация не удивляет.

Один человек, которого я уважаю, говорит: «Кто избегает со мной общения, тот - коррупционер». С учетом рода занятий такое утверждение вполне обоснованно.

После моего назначения в прошлом году на должность Начальника Управления МВД по возврату преступных активов эта фраза стала актуальной и для меня. По тому кто и как стал на меня нападать, было ясно кто помогает прятать преступные активы.

Исходные данные по моему назначению были таковы: юрист с двумя юридическими образованиями: украинским и английским; с двадцатилетним стажем работы в Украине и за рубежом, имеющий опыт работы в направлении оффшорного структурирования сделок для клиентов стран СНГ; чья юридическая фирма приняла участие в самом крупном гражданском процессе в Англии по взысканию активов казахстанского банкира на стороне защиты. Иными словами я знаю как и где прячут деньги и как их ищут на практике. И несмотря на распространенное знание теории, на практике такой работой в мире занимаются единицы. В последние 10 лет жила в Англии, не имела украинских клиентов, таким образом не была связана какими-то внутренними интересами с украинскими бизнесменами периода Януковича. В 2013-м году почти повторила трагическую судьбу Сергея Магницкого, будучи обвиненной юристами противоположной стороны в России в преступлениях своего клиента в деле, имеющем политический характер.

Казалось бы - к чему придираться? И, главное, к чему могут придираться соотечественники? Но украинская пресса неожиданно ополчилась на мое назначение так, что представители Путинского режима с их публикациями 13-го года, стали выглядеть самой свободной и непредубежденной прессой. Так же и следователи списка Магницкого, которые вели дело против моего клиента (и меня).

И лидером и идеологическим вдохновителем нападок стал именно Сергей Лещенко. Которому вторил телеканал Фирташа и Левочкина Интер, посвятивший мне за 10 дней после моего назначения 7 программ в прайм-тайм.

Сам Лещенко ни разу не задал мне ни одного вопроса лично. Однако за три месяца он: написал около 10-ти запросов в МВД, и в места моей предыдущей работы: Верховну Раду и Администрацию Президента; и обратился с несколькими заявлениями на возбуждение против меня уголовного дела в Генеральную Прокуратуру Украины в связи с тем, что у меня была недвижимость за границей, которую я декларировала начиная с 2014-го года во всех своих декларациях госслужащего и в одной из них (исправленной через три дня) вместо недвижимости указала акции на нее по просьбе отдела кадров. При этом моя госслужба за почти двадцать лет юридической практики составила: 6 месяцев в качестве консультанта Комитета ВР в 2005-м году, после чего я взяла декретный отпуск за свой счет и уехала учиться и впоследствии жить в Англию, и три месяца в 2014-м году в Администрации Президента. То есть вменить мне, что я "нажилась" на госслужбе в Украине было невозможно. Но Лещенко писал публичные обращения к Авакову, со словами "до каких пор он будет держать коррупционерку" и так далее.

Юридически это - уголовно наказуемое деяние, которое называется "препятствие деятельности сотрудника правоохранительного органа". Тем более что лиц моей специализации в украинских правоохранительных органах больше не наблюдалось.

Так что был ли это заказ? Однозначно. То, что народный депутат вдруг вместо своей основной деятельности три месяца посвятил сбору информации и публикациям обо мне (в общей сложности около двадцати), и при этом делал это по вдруг возникшей собственной инициативе, как сказали бы в английском суде, так же неправдобно как полярный медведь в холодильнике на кухне. Интересно было только чей конкретно был заказ. Из определенных источников меня сразу предупредили, что больше всего по мне работают Левочкин за счет СМИ ресурсов и Курченко.

Действительно, и партнер Левочкина Фирташ, и Курченко были основными фигурантами дел, которые я взяла в работу. Занималась я и делом протеже Левочкина Каськива. Также открыто публиковалась информация, что для информационной борьбы с доработанным мной законопроектом ГПУ о спецконфискации активов окружения Януковича, "иммигранты" в РФ выделили полмиллиона долларов США.

Параллельно с Лещенко, против меня стал "работать" Заместитель Генпрокурора Касько, отвечавший за то же направление, что и я: возврат активов. Первый же подготовленный мной запрос в Латвийскую Генпрокуратуру по раскрытию информации и передаче в Украину уголовного дела по отмыванию денег украинскими гражданами, в рамках которого было арестовано более 80-ти миллионов долларов США на счетах Иванющенко, Арбузова, Ставицкого, Курченко и других, был им не подписан и саботирован.

При этом он категорически отказался встречаться со мной лично и обсуждать свое неподписание запроса для отправки его в Латвию (тут как раз мне вспомнились слова о том, кто и почему в таких случаях обычно не хочет общаться). В итоге встречу пришлось проводить в кабинете у Генпрокурора в присутствии народных депутатов. И там он попытался обвинить меня во лжи, настаивая на том, что в Латвии арестованных денег нет. Предъявленный емейл от Латвийского следователя его "успокоил", но не надолго. Поездку в Латвию для ознакомления с делом и получения материалов он сорвал. Потому что именно его управление отвечало за международную коммуникацию правоохранительных органов. Дело по Курченко из МВД было сразу же после нашей встречи изъято в ГПУ и следователи не смогли подготовить документы. А в рамках параллельного расследования ГПУ Касько просто заблокировал подготовку документов. При этом дело в Латвии было ценно для Украины не только деньгами. Латвийские счета были "ключами" вывода средств для Януковича и его окружения дальше в Европу и США.

Одновременно оба: Касько и Лещенко после этого активизировались и начали распространять негативную информацию обо мне лично и работе Управления МВД в дипломатической среде. Что естественно начало срывать международную правовую работу. "Порадовали" и письма - требования от связанных с ними грантовых антикоррупционеров закрыть Управление по возврату преступных активов МВД.

Тогда же Замгенпрокурора Касько вместе с общественной "активисткой -антикоррупционеркой" (странное сочетание госслужбы и общественности) направил в Минюст США письмо с просьбой прокомментировать "негативные положения" законопроекта "О спецконфискации", в запросе полностью извратив текст проекта. Полученный на это абсолютно недипломатический ответ, позволяющий предположить, что его готовили в Украине, был опубликован на сайте "Украинская правда".

И, наконец, кульминацией стало обращение Лещенко к Каську с требованием возбудить против меня уголовное дело. Которое и было возбуждено Касько ... руками Сакварелидзе. К которому работники управления Каська подошли по время празднования дня рождения и попросили электронный ключ для регистрации ЕРДР (расследований) и, как сказал Сакварелидзе "что-то подписать". Дело было как безосновательное вскоре закрыто в результате проверки.

На этом фоне угрозы Портнова и других, отправляемые мне регулярно на Фейсбук и передаваемые через других, выглядели даже как-то бледно. Зачем опасаться коррурпционеров, если тут такие антикоррупционеры?

В итоге, в отношении заказа и заинтересованности все стало на свои места. По Касько еще раньше было известно, что он до назначения в Генпрокуратуру был партнером юридической фирмы из Донецка "Арцингер", представляющей интересы Курченко и Роснефти в Украине. Именно эта фирма пыталась добиться отмены решения суда о реализации нефтепродуктов Курченко, по которым в прессу было также вылито немало вранья, и которые остаются единственным изъятым на сегодня активом у окружения Януковича. И деньги от реализации которых находятся на счету государственной компании.

Не взысканные в бюджет только потому, что законодательная процедура предполагает вначале приговор Курченко. Репутацию лиц, которые стояли за изъятием нефтепродуктов "уничтожали" по такому же сценарию, что и мою. Заказанный черный пиар вдребезги разбил в массовом сознании понимание, что изъятие нефтепродуктов Курченко и их реализация прошли законно. Потому что государство не платит "аникоррупционерам" и прессе. Платит Курченко. Поэтому сегодня любой скажет, что эти нефтепродукты украл Пашинский. А помог ему Тищенко. При том, что первый на самом деле убедил Авакова их реализовать, потому что они распродавались людьми Курченко из-под ареста, поставлялись сепаратистам и потому, что а АТО срочно также нужны были нефтепродукты. А бывший сотрудник второго был назначен в госкомпанию, которая участвовала в реализации нефтепродуктов, потому что остальные участники нефтерынка в последние годы работали с Курченко.

Что интересно я тогда разрабатывала по поручению руководства АП проект Постановления КМУ, предусматривающий реализацию "громоздкого конфиската" на биржах с немедленным зачислением выручки в бюджет. Опять-таки под активы Януковича, Курченко и его окружения. Но тогда (в 2014-м году) этому помешали другие "антикоррупционеры", которые убедили Яценюка (внимание!) перечеркнуть подпись на принятом Постановлении Кабмина. Действительно, пока деньги лежат на депозите, за них можно посудиться. С бюджетом сложнее. А еще лучше размазать в прессе тех, кто конфискует активы, чтобы больше ни у кого ничего не забрали.

Кроме этого уже из источников в Гепрокуратуре стало известно, что после увольнения Каська были найдены спрятанные им во входящей корреспонденции его Управления и непереведенные документы по делу Курченко: протоколы допросов его "правой руки" Тимонькина в Германии и так далее.

И вот мы имеем то, что имеем.

Ирония заключается в том, что в прошлом году Касько и Лещенко хватались за информацию о моей недвижимости за рубежом. Которая мной законно получена и задекларирована в Украине.

А сегодня Касько обвиняют в незаконной приватизации государственной недвижимости в центре Киева. Лещенко - в том же по сути преступлении - получении недвижимости незаконным способом, с сокрытием источников доходов.

Верю ли я в то, что с этим разберется НАБУ? Нет. Потому что когда ГПУ попыталась передать им дело Каська, НАБУ "отказалось" его принять. И это - юридический нонсенс. Подследственность - это не "хочу расследую, не хочу - не расследую". Это обязанность. И ее нарушение карается по закону. Но в руководстве НАБУ и САП - друзья Касько. Дружит с ними и Лещенко. На мой взгляд эта дружба подкрепляется грантовыми деньгами. Именно финансируемая за счет них общественность вошла в конкурсную комиссию по выбору на должности в этих аникоррупционных органах. И агитировала за назначение Касько антикоррупционным прокурором. Она же входит в Громадську раду при НАБУ. И эта же общественность за те же деньги будет нападать на НАБУ пока это возможно за преследование Лещенко и Касько. Поэтому от НАБУ вряд ли стоить ожидать решительных действий.

Но это уже мои умозаключения. А факты - это элитная недвижимость в центре Киева двух антикоррупционеров, официальные доходы которых не соответствуют ее стоимости.

Вот такая в Украине борьба с коррупцией. Выгодная. Особенно если ее спонсируют те, с кем и идет борьба.

Елена Тищенко, юрист