17 октябрь 2017, Вторник, 17:59

взятка декларация НАБУ Нацполиция происшествия прокуратура СБУ Укрзализныця

НАПК взялось за экс-прокурора Суса

2 июня 2017г.
0

Национальное агентство по предупреждению коррупции (НАПК) решило провести полную проверку электронных деклараций бывшего сотрудника Генпрокуратуры Дмитрия Суса (на фото) за 2015−2016 годы, сообщили «ФАКТАМ» в пресс-службе Центра противодействия коррупции (ЦПК). Это стало результатом обращения Центра в Нацагентство, в котором сообщалось, что Сус не указал в декларациях автомобили Citroen C4 и зарегистрированный на его 86-летнюю бабушку Audi Q7, а также — информацию о продаже Peugeot 406, Citroen C4 и об использовании им комнаты в киевской квартире.

Как утверждает ЦПК, официальные доходы не позволили следователю записать в декларацию автомобиль стоимостью в 900 тысяч гривен, поэтому он оформил его на бабушку. Когда об этом узнали активисты, Audi тотчас же «украли». Правоохранители довольно быстро нашли его и вернули бабушке следователя. Впрочем, Сус к этому времени уже приобрёл Skoda Octavia, на которую выдали госномера, ранее принадлежавшие украденной Audi.

С заявлениями об этом Центр обратился «во все инстанции». В ответ генпрокурор Юрий Луценко поручил провести служебное расследование и по его результатам объявил Сусу выговор, а также удовлетворил его заявление об увольнении с должности замначальника департамента по расследованию особо важных дел в сфере экономики и назначил на должность старшего следователя по особо важным делам Главного следственного управления ГПУ. В апреле Дмитрия Суса уволили из органов прокуратуры — как указано в приказе, за «систематические грубые нарушения законов Украины „О предупреждении коррупции“, „О прокуратуре“, правил прокурорской этики и действия, которые порочат звание прокурора и могут вызвать сомнения в его честности и неподкупности органов прокуратуры».

В Национальном антикоррупционном бюро также отреагировали, открыв уголовное производство по внесению в декларацию заведомо недостоверной информации и причастности к возможным злоупотреблениям во время работы в Генпрокуратуре, в рамках которого в марте этого года арестовали часть имущества Суса — мобильный телефон и документы на Audi. Теперь же, после второго обращения, наконец отреагировало НАПК. Как сообщил замглавы Нацагентства Руслан Радецкий, принято решение о начале полной проверки деклараций Дмитрия Суса за 2015−2016 годы.

Ранее сотрудник Генпрокуратуры Дмитрий Сус иногда упоминался в СМИ в связи с конфликтом «старой» и «молодой» команд в Генпрокуратуре. Так, по данным «Украинской правды», именно он зарегистрировал уголовное производство в отношении подчинённых тогдашним заместителям генпрокурора Виталию Касько и Давиду Сакварелидзе сотрудников, а также работников СБУ и Апелляционного суда Киева, начавших нашумевшее «дело бриллиантовых прокуроров» в 2015 году. Позже Дмитрий Сус вручал подозрение в незаконном получении квартиры уже экс-заместителю генпрокурора Касько, дождавшись того ночью возле припаркованного автомобиля.

По информации антикоррупционного проекта 368.media, Сус вёл дело председателя Апелляционного суда Киева Анатолия Чернушенко. Который назвал дело «заказным», а потом сбежал за границу.

А в апреле 2015 года жители села Гусенцы Бориспольского района Киевщины возмущались, что в их церковь ворвались полтора десятка вооружённых автоматами и винтовками сотрудников СБУ во главе с Дмитрием Сусом и в поисках оружия разобрали Святой Престол. «Не найдя оружия, участники „спецоперации“ ничего не пояснили, не извинились и изъяли церковные свечи и приготовленные для бедных и отверженных продукты питания», говорится в распространённом верующими заявлении.

Фигурирует Дмитрий Сус и в конфликте НАБУ и Генпрокуратуры. 5 августа прошлого года он пришёл с обыском в Бюро, якобы незаконно прослушивавшее арестованного к этому времени зампрокурора Киевской области Александра Колесника. А 12 августа произошло прямое физическое столкновение между сотрудниками ГПУ и НАБУ.

По версии работников прокуратуры, они заметили, что из здания, расположенного напротив их департамента, за ними следят неизвестные. Приглашённые в прокуратуру неизвестные представились сотрудниками НАБУ, следящими за замначальника департамента Дмитрием Сусом. «Прокурорские» также попытались зайти в квартиру, из которой велась слежка, но один из детективов, закрывшись внутри, вызвал подмогу. Прибывший на пяти микроавтобусах спецназ Антикоррупционного бюро заблокировал квартиру, куда пытались ворваться прокуроры, уложил на асфальт начальника департамента ГПУ Владимира Гуцуляка, надев на него наручники, и стал готовиться к штурму здания департамента. Со слов Суса и Гуцуляка, бойцы, которые не представились и отрицали свою причастность к НАБУ, нанесли телесные повреждения нескольким их сотрудникам, отбирали у них мобильные телефоны и разбивали их, чтобы не дать зафиксировать происходящий беспредел. Все это в растерянности наблюдали прибывшие по вызову патрульные полицейские. Владимир Гуцуляк отметил, что спецназ помогал вывозить оборудование для слежения, чтобы скрыть следы его незаконного использования

По версии Антикоррупционного бюро, они несколько месяцев вели расследование неправомерных действий сотрудников возглавляемого Гуцуляком и Сусом департамента. Но во время санкционированных судом негласных следственных действий сотрудники прокуратуры похитили двоих оперативников, завели их к себе и разделили. Одного опрашивали на третьем этаже, другого в подвале, угрожая и обещая или выколоть глаз, или отрезать веко. Отпустили их лишь к часу ночи — после вмешательства генпрокурора, не вернув отнятые у оперативников вещи. Кроме того сотрудники Генпрокуратуры отобрали и не вернули айфон у детектива, приехавшего вместе со спецназом вызволять коллег, рассказали «ФАКТАМ» в пресс-службе Антикоррупционного бюро.

Руководители Генпрокуратуры Юрий Луценко и НАБУ Артём Сытник впоследствии заявили, что войны между их ведомствами нет. Каждый из них утверждал, что его подчинённые действовали правильно. Луценко, правда, отстранил троих участников конфликта от исполнения обязанностей — на время проведения служебного расследования.

Тогда Луценко не реагировал на заявления борцов с коррупцией о коррумпированности Суса и его коллег по департаменту, а также о «заказном» характере расследуемых ими уголовных производств. И даже героизировал самого Суса. Так, 18 августа он заявил на брифинге: «Ключевой свидетель, которого допрашивал Сус, если я не ошибаюсь, полтора месяца назад, был сразу после допроса демонстративно расстрелян на улицах Киева. В тот же момент от оперативных служб к нам поступила информация, что следующим будет следователь Сус, сотрудник правоохранительных органов, который, кстати, расследует дело подобное Онищенко. В НАБУ расследуется хищение газа Онищенко, здесь, у Гуцуляка и Суса, рассматривается точно такое же хищение, только не действующего, а бывшего министра Злочевского. Но дело, где есть убийство и предупреждения о готовящемся покушении на сотрудника правоохранительного органа, является серьезным. Поэтому господин Сус объективно наблюдает за слежкой за собой».

Делом «вышек Злочевского» Сус действительно занимался. Это уголовное производство о присвоении денежных средств должностными лицами ОАО «Укргаздобыча» в 2010—2014 годах и уклонении от уплаты налогов должностными лицами ряда фирм, контролировавшихся, по версии следствия, экс-министром экологии Михаилом Злочевским. Дмитрий Сус через суд добился ареста многих принадлежащих этим фирмам скважин и добытых углеводородов. Впрочем, после апелляций подозреваемых часть арестов сняли, против чего прокуратура не возражала.

По информации же «ФАКТОВ», расстрелянный свидетель был фигурантом другого дела, к которому также был причастен Сус: о похищении главы правления крупнейшего на тот момент предприятия в сфере добычи природного газа — ЧАО «Нефтегаздобыча» — Олега Семинского, пропавшего 3 февраля 2012 года. Напомним, бизнесмен выехал из офиса без охраны, но на подъезде к дому две иномарки инсценировав ДТП перекрыли ему дорогу спереди и сзади, а выскочившие из них люди в масках похитили и увезли Семинского в неизвестном направлении. Предложений о выкупе родным пропавшего никто не передавал, в Подольском райуправлении милиции Киева возбудили дело об убийстве, а игроки газового рынка и эксперты говорили, что похищение произошло с целью передела рынка. В 2014 году суд в интересах детей Семинского признал его пропавшим без вести. Но тем не менее его родные ежедневно размещали в «ФАКТАХ» объявления с просьбой о помощи в розыске пропавшего, обещая за полезную информацию триста тысяч гривен.

Почти три с половиной года спустя Семинский объявился. Как он рассказывал «ФАКТАМ», похитители держали его прикованным то в бане, то в санузле, то в подвале, избивали, иногда перевозя из одного региона Украины в другой. От него требовали двести миллионов долларов, которые он, якобы, задолжал своему партнёру Николаю Рудьковскому (которого Семинский и считает заказчиком похищения). Не добившись денег, потерявшего почти половину своего веса Семинского заковали в наручники и, кинув в багажник, отвезли в лес под Киевом и выбросили из машины.

Когда он добрался домой, узнал, что «Нефтегаздобыча» за это время сменила владельца. А Николай Рудьковский, которого теперь и Генпрокуратура подозревает в заказе похищения, успешно убежал из страны. По мнению следователей, похищение бизнесмена было организовано именно для того, чтобы Семинский не помешал перераспределению и продаже долей собственников «Нефтегаздобычи». А выносившая решение о признании пропавшим без вести судья Печерского суда столицы Екатерина Москаленко отменила его, восстановив доказавшего свою личность путём экспертизы ДНК и других Семинского в гражданских правах.

А человек, которого генпрокурор назвал свидетелем, по информации «ФАКТОВ», являлся одним из исполнителей похищения. Незадолго до своей гибели он «засветился» в прессе совершенно по другому поводу. В сентябре 2015 года группа хулиганов в кафе спровоцировала скандал с отмечавшими демобилизацию прошедшими АТО бойцами. Те вызвали правоохранителей, однако хулиганы открыли стрельбу, а один из них сбил автомобилем девушку и насмерть задавил только что вернувшегося с Востока Украины Артёма Приходько. Одним из хулиганов оказался Артур Бирюк, которого суд отправил под круглосуточный домашний арест.

Вечером 29 июня 2016 года проверявшие соблюдение 26-летним Бирюком условий ареста сотрудники Святошинского райуправления полиции заметили его во дворе дома и отправили в квартиру. Но вскоре он опять зачем-то вышел на улицу и был расстрелян неизвестным мужчиной крепкого телосложения в белой майке и черных шортах. Контрольногшо выстрела в голову не было, но попавшие в корпус двенадцать пуль 9-го калибра шансов выжить Бирюку не оставили.

Основной версией произошедшего тогда посчитали месть за участие в убийстве АТОшника. Однако причина могла быть совсем иной. Накануне убийства до позднего вечера 29 июня сотрудники Генпрокуратуры проводили с Бирюком следственные действия по делу Семинского. По версии следователей, человек Рудьковского некто Деркач через посредника договаривался о похищении бизнесмена с Бирюком и несколькими его подельниками, входившими в группировку уголовных авторитетов Молдавана и Салавата (последнего, кстати, называют штатным киллером группировки бывшего донецкого бандита, выбившегося в успешные бизнесмены и народные депутаты). И вполне возможно, что Бирюк пошёл на сотрудничество со следствием.

Между тем Олег Семинский неоднократно заявлял прессе и жаловался генпрокурору, что расследование его дела почему-то стопорится, информацию о ходе следствия кто-то «сливает» подозреваемым (часть из которых пострадавший опознал по голосу). После чего одни из них пускаются в бега, других убивают. Так, за полгода до расстрела Бирюка один из подозреваемых умер от передозировки наркотиков. Деркач скрылся за несколько минут до того, как следственная группа пыталась одновременно провести ряд задержаний предполагаемых похитителей и обысков у них, остальные — всё ещё на свободе. А Рудьковского, жаловался Семинский, не спешат объявлять в розыск. Как заявил Семинский «Зеркалу недели», через две недели после того, как бизнесмен рассказал о своих подозрениях следователю Сусу, ему позвонил Рудьковский: «Олег, я очень рад, что ты жив и освобожден. Я не причастен к твоему похищению».

Что интересно, большинство описанных дел до сих пор не переданы в суд, другие тихо умирают, или закрываются, как, например, уголовное производство против Центра противодействия коррупции. Об открытии этого производства в марте прошлого года заявил председатель правления Центра Виталий Шабунин. По его словам, в Генпрокуратуре Центр безосновательно обвинили в том, что он использовал для тренингов антикоррупционных детективов и прокуроров «деньги, которые американское правительство выделяло на реформу ГПУ, и которые якобы должны были пойти на счет Генпрокуратуры». И под этим соусом получили у суда разрешение на доступ к информации, составляющей банковскую тайну.

Тогда прокурор Владислав Куценко опроверг открытие такого производства. Тем не менее, Центр направил в Генпрокуратуру заявление о преступлении их сотрудников. На что получили ответ: якобы не открывавшееся уголовное производство уже закрыто «ввиду отсутствия состава преступления».

Несмотря на то, что к этому производству Дмитрий Сус прямого отношения не имел (открывал его следователь Департамента, одним из руководителей которого работал Сус), без объявления войны Центр пошёл в атаку, рассылая заявления о незаконных делах обидчика. Как видим, пока он празднует локальную победу: противник уволен, часть его имущества арестована, а теперь ещё и Нацагентство собирается вплотную заняться его декларациями.

Анатолий Гавриш, ФАКТЫ